Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (АС ЗСО) вынес определение, которое станет знаковым для практики применения технологий искусственного интеллекта в юридической деятельности. Суд наложил штраф, равный цене иска, в размере 50 000 руб. на общество — ответчика по делу, за грубейшее проявление неуважения к суду. Дело в том, что юрист компании предоставил заведомо ложные сведения и ссылки на несуществующие судебные акты.
Фабула спора и путь к кассации: Спор возник между исполнителем и заказчиком об оплате бухгалтерских услуг. Цена по ходу работ выросла. Заказчик платить по новым ставкам отказался. Договором цена была изменена в одностороннем порядке, соглашения об изменении цены нет, значит, и обязательства нет.
Решение суда первой инстанции с ним согласилось: с ответчика взыскано 11 528,85 руб. по первоначальной цене договора. Суд указал на то, что подписание актов с большей суммой не является согласием на изменение цены без письменного соглашения.
Вторая судебная инстанция отменила данное решение и с ответчика было взыскано 57 644,24 руб. Суд квалифицировал подписание актов как акцепт оферты об изменении цены.
Не согласившись с апелляцией, ответчик обратился в суд кассационной инстанции.
За что наказал суд юриста, использовавшего ИИ
В кассационной жалобе, подписанной представителем ответчика, были приведены подробные цитаты и реквизиты судебной практики, якобы подтверждающей позицию стороны. Однако при проверке суд округа установил возмутительный факт: часть указанных судебных актов никогда не существовала, а часть не имеет никакого отношения к спору.
Квалификация и размер санкции
Действия ответчика квалифицированы как проявление неуважения к суду. Штраф составил 50 000 руб. — сумму, равную цене иска к ответчику. Новый юрист компании в судебном заседании подтвердил, что приведённой её коллегой практики не существует.
Кто заплатил: компания, а не юрист
Примечательно, что ответственность понесло именно юридическое лицо (доверитель), а не представитель, составивший жалобу. Суд однозначно указал: использование ИИ не освобождает от ответственности, а риск недостоверности сгенерированного текста лежит на стороне, его применившей.
Суд пояснил, что обязанность добросовестно пользоваться процессуальными правами лежит на самом лице, участвующем в деле — в данном случае на обществе-ответчике. Следовательно, и мера ответственности за неуважение к суду в виде судебного штрафа подлежит применению именно к ответчику как к юридическому лицу. Договорные отношения между обществом и его представителем (договор оказания услуг, доверенность) находятся за рамками процессуальных правоотношений и не имеют правового значения для разрешения вопроса о наложении штрафа за правонарушение, совершенное самим ответчиком.
Обосновывая штраф для ответчика, суд округа опирался на следующие принципы:
-
Судопроизводство строится на уважении к закону и суду, а также на содействии этике делового оборота (п. 5, 6 ст. 2 АПК РФ).
-
Участники процесса обязаны добросовестно пользоваться правами (ст. 41 АПК РФ), а злоупотребление суд вправе пресечь по своей инициативе.
-
Стандарт добросовестности — это поведение разумного участника оборота (п. 1 Постановления Пленума ВС РФ № 25). Действия выше этого стандарта поощряются, ниже — влекут санкции или отказ в защите права.
-
Конституционный Суд РФ (Постановление № 46-П) связал добросовестность с условиями экономического роста и доверия к государству (ст. 75.1 Конституции РФ).
-
Уважение к суду — не этическая, а процессуальная категория, одна из основных задач судопроизводства.
Берём на себя все этапы взыскания
Досудебное урегулирование, подача иска, представительство в суде и работа с судебными приставами — под ключ
Суд сделал два принципиальных заявления, важных для всего юридического сообщества:
-
Об использовании ИИ: Суд однозначно указал: использование искусственного интеллекта при подготовке жалобы не оправдывает предоставление ложных сведений. В силу ч. 2 ст. 9 АПК РФ ответственность за достоверность текста, сгенерированного ИИ, несёт сторона, применившая данную технологию.
-
О наложении штрафа на юрлицо, а не представителя: Суд напомнил простую истину: ответчик сам отвечает за свой процесс. Действия представителя — это действия компании. Суд фактически говорит: «Вы выбрали представителя — значит, вы отвечаете за результат его работы».
Почему суд не стал ограничиваться штрафом на представителя?
-
Санкция как дисциплинирующий фактор. Штраф соразмерен сумме иска и должен предотвращать подобные злоупотребления.
-
Неотвратимость наказания. Если бы штраф наложили на конкретного юриста, доверитель мог бы даже не узнать о факте нарушения. Ответственность же организации вынуждает её тщательнее контролировать качество работы представителей и серьёзно относиться к выбору защитника.
-
Распределение убытков внутри договора. Компания вправе в регрессном порядке взыскать сумму штрафа с недобросовестного представителя.
Что это означает для бизнеса
На нашей практике компании нередко нанимают юриста «под конкретный процесс» и дальше не задают вопросов о методах работы. Жалоба подана, гонорар заплачен, остальное — его дело. Раньше это работало. Сейчас уже нет.
Три вывода, которые стоит зафиксировать:
-
Фактчекинг обязателен. Использовать нейросети для поиска правовых позиций можно. Но каждый найденный акт нужно проверять по официальным базам: «КонсультантПлюс», «Гарант», картотека арбитражных дел (kad.arbitr.ru). Ссылка на несуществующее дело — процессуальное нарушение, вне зависимости от того, кто его «нашёл».
-
Ответственность лежит на доверителе. Поручая составление документов представителю (штатному или внешнему), компания принимает на себя все последствия, включая судебные штрафы за злоупотребление процессуальными правами.
-
Регрессный иск — слабое утешение. Теоретически взыскать штраф с недобросовестного юриста можно. На практике это новые расходы, время и нервы. Куда проще убедиться, что представитель работает добросовестно, до подачи жалобы.
Часто задаваемые вопросы
Может ли суд оштрафовать компанию за ИИ-галлюцинации в процессуальном документе? +
Да. По ст. 119 АПК РФ арбитражный суд вправе наложить штраф за неуважение к суду, если сторона предоставила заведомо ложные сведения или ссылки на несуществующие документы — независимо от способа их получения.
Кто несёт ответственность за использование ИИ — юрист или компания? +
В процессуальном смысле — компания как сторона дела. Штраф накладывается на неё. Представитель может понести ответственность отдельно, в рамках гражданского иска от доверителя в регрессном порядке.
Можно ли вообще использовать ИИ при подготовке судебных документов? +
Можно как вспомогательный инструмент. Но все найденные ссылки, реквизиты актов и цитаты подлежат обязательной проверке по официальным базам данных перед подачей в суд.
Какой максимальный штраф за подобное нарушение? +
По ст. 119 АПК РФ штраф на организацию — до 100 000 рублей. В данном деле суд ограничился 50 000 руб., приравняв санкцию к цене иска.
Выводы по итогу анализа данной арбитражной практики
-
Фактчекинг обязателен. Использование нейросетей для поиска правовых позиций допустимо только при условии последующей перепроверки всех данных.
-
ИИ не освобождает от ответственности. Ссылка на генерацию текста алгоритмом не является обстоятельством, исключающим вину (ст. 2, 401 ГК РФ), что в целом должно быть очевидно для всех. Суды начинают реагировать на злоупотребления ИИ в процессуальных документах, и реагируют жёстко.
-
Если вы привлекаете внешних юристов или только собираетесь это сделать — стоит заранее обсудить: как они работают с нейросетями и как проверяют то, что в них находят.
-
Риск ложится на доверителя. Поручая составление документов представителю (штатному или внешнему), компания принимает на себя все последствия, включая судебные штрафы за злоупотребление процессуальными правами.
